Вмешательство депутатов спасло строительство хосписов в Узбекистане от заморозки

Проблема создания достойных условий для ухода за безнадежно больными пациентами, которая годами оставалась в «замороженном» состоянии и перекладывалась из одного кабинета в другой, наконец сдвинулась с мертвой точки. В утвержденном палатами Олий Мажлиса законе о государственном бюджете на 2026 год появилась статья расходов, изначально отсутствовавшая в черновом варианте документа - финансирование строительства специализированных учреждений паллиативной помощи. Речь идет о выделении 50 миллиардов сумов, которые Министерство здравоохранения направит на возведение двух хосписов для взрослых.

Ситуация, развернувшаяся вокруг главного финансового документа страны, показала, насколько бюрократическая машина может быть инертной к реальным потребностям граждан, если не вмешивается депутатский корпус. В ходе пленарных обсуждений, прошедших в начале декабря, выяснилось, что правительственные финансисты попросту не включили расходы на эти объекты в проект бюджета. Переломным моментом стало выступление депутата от УзЛиДеП Мавлуды Ибрагимовой во время первого чтения законопроекта 3 декабря. Она открыто заявила о критическом разрыве между декларируемыми мерами поддержки и реальностью, с которой сталкиваются тяжелые пациенты.

По словам парламентария, несмотря на официальные отчеты о реформах в медицине, специфическая инфраструктура для онкобольных остается в дефиците. На данный момент диспансерный учет в республике включает более 100 тысяч граждан с онкологическими диагнозами, и часть из них нуждается не в лечении, которое уже бессильно, а в гуманном уходе в последние дни жизни. Ибрагимова напомнила присутствующим о решениях президента, согласно которым межрегиональные хосписы должны были появиться в четырех ключевых зонах: Хорезмской, Самаркандской, Ферганской и Ташкентской областях. Однако если первые два региона свои учреждения получили, то работы в столичной области и Фергане были фактически остановлены.

Реакция экономического блока правительства последовала незамедлительно, хотя и носила характер признания ошибки постфактум. Вице-премьер и министр экономики и финансов Джамшид Кучкаров подтвердил, что в представленной версии бюджета соответствующие статьи расходов отсутствуют. Чиновник предложил оперативное решение - поручить своим заместителям, а также руководству Минздрава в лице Эльмиры Баситхановой, в кратчайшие сроки изыскать источники финансирования.

Уже ко второму чтению, которое состоялось 5 декабря, ситуация была скорректирована. Председатель Комитета Законодательной палаты по бюджету Шарофиддин Назаров отчитался перед коллегами, что запрос был удовлетворен: казна выделит дополнительные 50 миллиардов сумов целевым траншем на завершение проектов в Ташкентской и Ферганской областях. Сам документ бюджета, одобренный парламентом, пока не стал достоянием широкой общественности и будет опубликован в полном объеме лишь после подписи президента.

История с хосписом в Ташкенте является показательным примером административной волокиты. Изначально, согласно постановлению 2017 года о развитии онкослужбы, учреждение для взрослых в столице должно было распахнуть двери еще в 2019 году. С тех пор сроки неоднократно сдвигались. Реализация государственной программы «Узбекистан-2030», утвержденная указом от 21 февраля, также ставила жесткие дедлайны - создать минимум по одному хоспису в областных центрах, Ташкенте и Нукусе до конца 2024 года. Однако эти поручения столкнулись с суровой реальностью бюджетного планирования на местах.

Журналистские расследования издания «Газета.uz», в частности резонансный материал «Сухая смерть», опубликованный в ноябре 2023 года, привлекли внимание депутатов к проблеме мучительного ухода пациентов из жизни без надлежащего обезболивания. Тогда народные избранники обещали взять стройку под контроль. Тем не менее, финансовая картина выглядела удручающе: в 2023 году на столичный хоспис город смог наскрести лишь 3 миллиарда сумов, из-за чего подрядчик был вынужден остановить работы.

Примечательно, что на фоне нехватки средств для умирающих, столичный хокимият в том же году нашел в бюджете почти 12 миллиардов сумов на проведение культурно-массовых мероприятий вроде встреч «Школа бабушек» и «Чайхана отцов», а также миллиардные суммы на озеленение и закупку цветочной рассады. Такой диссонанс в приоритетах вызвал немало вопросов у общественности.

Создание эталонного хосписа в Ташкенте необходимо не просто для галочки, а для внедрения национального стандарта паллиативной помощи. Несмотря на то, что Минздрав обновил клинические протоколы, на практике в региональных онкоцентрах и обычных больницах до сих пор редко применяются современные, гуманные методы обезболивания, и пациенты часто остаются один на один с невыносимыми страданиями.

В ноябре 2024 года замминистра экономики и финансов Отабек Фозилкаримов уверял, что столичный хоспис, финансируемый в основном из городского бюджета, готов более чем на 90% и откроется в феврале 2025 года. Однако объект так и не был сдан в эксплуатацию в обещанный срок, что и потребовало вмешательства на уровне республиканского бюджета уже в конце 2025 года при формировании сметы на 2026 год.

В отличие от больниц, где главная цель - вылечить, философия хосписной помощи (palliative care) в развитых системах здравоохранения подразумевает не продление жизни любой ценой, а улучшение ее качества в оставшийся период; при этом доказано, что качественный паллиативный уход, включающий психологическую поддержку и правильное обезболивание, парадоксальным образом часто продлевает жизнь пациентам дольше, чем агрессивное лечение на терминальной стадии.