В Узбекистане предложили задуматься о ядерном оружии

Вопросы национальной безопасности и оборонной стратегии страны неожиданно вышли в публичное поле обсуждения с весьма радикальной стороны. Шерзод Кудратхужа, занимающий пост ректора Университета журналистики и массовых коммуникаций, сделал резонансное заявление, касающееся ядерного статуса республики. Комментарий прозвучал сразу после завершения заседания Совета Безопасности.

В своем выступлении общественный деятель выразил мнение, что географические размеры государства не должны быть определяющим фактором в вопросах стратегического сдерживания. По его убеждению, Узбекистан, несмотря на свои масштабы, должен иметь в своем арсенале ядерное вооружение. Данная позиция, озвученная руководителем профильного вуза, идет вразрез с текущим внешнеполитическим и правовым курсом Ташкента, который на протяжении десятилетий формировался вокруг идеи безъядерной зоны.

Юридический фундамент, на котором базируется атомная энергетика республики, был окончательно сформирован относительно недавно. Еще в июле 2019 года Законодательная палата Олий Мажлиса утвердила во втором и третьем чтениях законопроект «Об использовании атомной энергии в мирных целях». Этот документ не просто регулирует строительство АЭС или научные изыскания, но и содержит жесткие ограничительные нормы. В первых же статьях закона прописан категорический запрет на разработку, производство и накопление ядерного оружия, а также иных взрывных устройств, основанных на делении атомного ядра.

Исторический контекст показывает, что Узбекистан никогда не обладал собственным производственным циклом для создания оружия массового поражения. Инфраструктура республики не была заточена под обогащение урана до оружейных кондиций или сборку боезарядов. Тем не менее, в советский период регион играл определенную роль в оборонной архитектуре СССР. На территории УзССР дислоцировались части, на хранении у которых находилось порядка 50 ядерных боеголовок, предназначенных для оснащения зенитных ракетных комплексов.

Ситуация кардинально изменилась после коллапса Советского Союза. В рамках процесса денуклеаризации постсоветского пространства весь этот арсенал был оперативно демонтирован и вывезен на территорию Российской Федерации, что закрепило за независимым Узбекистаном статус государства, свободного от ядерного оружия.

Однако история взаимодействия республики с энергией атома имеет и другую, сугубо утилитарную страницу, не связанную с войной. В архивах зафиксированы случаи использования энергии ядерного взрыва в промышленных целях. Речь идет о событиях второй половины 1960-х годов. В 1966-м и 1968 годах специалистам пришлось прибегнуть к крайним мерам для ликвидации аварийных ситуаций на газовых месторождениях. Были произведены два подземных ядерных подрыва, единственной целью которых являлось перекрытие неуправляемых газовых фонтанов в скважинах, которые невозможно было заглушить традиционными методами.

Текущее заявление Шерзода Кудратхужи вступает в прямое противоречие как с историческим выбором страны после 1991 года, так и с действующим законодательством, принятым парламентом семь лет назад.

Взрыв, произведенный 30 сентября 1966 года на месторождении Урта-Булак (Бухарская область) для тушения газового факела, который горел 1074 дня, имел мощность 30 килотонн. Это почти в два раза больше мощности бомбы, сброшенной на Хиросиму. Заряд был заложен на глубину 1,5 километра, и факел погас всего через 23 секунды после детонации.