В «Узбекнефтегазе» перешли к жестким кадровым чисткам и пересмотру всей системы управления региональными подразделениями. Национальная компания объявила о введении режима «чрезвычайного положения» в системе управления нефтебазами после того, как внутренний аудит выявил масштабные финансовые дыры и управленческий хаос по итогам 2025 года.
Как стало известно, кадровые решения последовали незамедлительно после разгромного совещания, которое провел председатель правления компании Абдугани Сангинов. Главной темой встречи стал анализ деятельности структурных подразделений за прошедший год, который показал крайне неутешительную динамику: вместо прибыли компания столкнулась с валом неплатежей и ростом дебиторской задолженности.
Центральной проблемой, озвученной руководством, стал фактический провал системы контроля за реализацией топлива. Несмотря на действующие в стране жесткие регламенты, запрещающие отпуск нефтепродуктов без предоплаты, на местах эта норма систематически игнорировалась. В результате попустительства, а зачастую и прямого нарушения должностных инструкций, общая задолженность потребителей перед нефтебазами к началу 2026 года достигла критической отметки в 322,5 млрд сумов.
Финансовый анализ показал, что львиная доля этого долга - 75% - приходится на аграрный сектор. Сельскохозяйственные предприятия получали топливо в долг, однако механизмы возврата средств не работали. Более того, из 243,2 млрд сумов, числящихся за аграриями, сумма в 158 млрд сумов (около 65%) признана специалистами «безнадежной». Это означает, что компания фактически потеряла эти деньги из-за отсутствия своевременных мер по взысканию. Особенно острая ситуация сложилась с расчетами перед Бухарским нефтеперерабатывающим заводом (БНПЗ), долги перед которым росли в геометрической прогрессии весь прошлый год.
Реакция центрального офиса оказалась жесткой. За «серьезные нарушения» и допущение финансовой ямы своих кресел лишились руководители сразу пяти ключевых нефтебаз:
- Термезской;
- Джизакской;
- Марокандской;
- Кучликской;
- Туракурганской.
В вину уволенным управленцам поставили не только финансовую недисциплинированность, но и отсутствие инициативы. На совещании отмечалось, что многие объекты инфраструктуры используются крайне неэффективно: огромные емкости для хранения пустуют, а земельные участки простаивают, генерируя лишь убытки и налоги, вместо того чтобы приносить доход. В связи с этим уже даны поручения по консервации неиспользуемых земель для снижения налоговой нагрузки.
Для вывода отрасли из кризиса «Узбекнефтегаз» анонсировал запуск программы «Актуальные 100 дней». Это комплекс неотложных мер, направленных на финансовое оздоровление предприятий. В компании признали, что старые методы управления себя исчерпали, и единственным способом остановить хищения и «серые» схемы является тотальная цифровизация.
Планируется, что в течение 2026 года будет внедрена национальная модель цифрового контроля, основанная на передовом зарубежном опыте. Конечная цель реформы - полная автоматизация всех процессов на нефтебазах и их интеграция в единую сеть, данные из которой будут в реальном времени поступать на мониторы Центрального производственно-диспетчерского управления. Это должно исключить человеческий фактор и сделать прозрачным движение каждого литра топлива.
Изменения коснутся и работы комплаенс-служб. Их деятельность по итогам года также была признана неудовлетворительной. Теперь система мотивации контролеров будет пересмотрена: KPI каждого сотрудника будет напрямую зависеть от количества и качества выявленных нарушений. Руководство холдинга ясно дало понять: время уговоров прошло, и теперь работа каждого звена будет оцениваться исключительно по финансовым результатам и соблюдению законности.
В мировой практике хищения на нефтебазах часто осуществляются с помощью так называемых «мертвых остатков» - технологического объема топлива, который всегда должен находиться в резервуаре и который сложно точно измерить без полной зачистки емкости, чем часто пользуются недобросовестные сотрудники для создания неучтенных излишков.