«Переговоры были непростые»: Узатом назвал реальные сроки появления АЭС в Узбекистане

В Узбекистане официально подтвердили пересмотр сроков ввода в эксплуатацию первой в стране атомной электростанции. Амбициозный энергетический проект, который изначально планировалось завершить к 2028 году, столкнулся с рядом логистических и дипломатических препятствий, вынудивших сдвинуть дату запуска на год вперед. О причинах задержки, включающих закрытые границы времен пандемии и затянувшийся диалог с зарубежными партнерами, стало известно в ходе общественных слушаний, прошедших 23 декабря.

Заместитель директора Дирекции по строительству АЭС при Агентстве «Узатом» Отабек Аманов детально разъяснил ситуацию, отметив, что на график работ повлияли форс-мажорные обстоятельства глобального масштаба и сложность переговорного процесса.

История вопроса уходит корнями в сентябрь 2018 года, когда между правительствами Узбекистана и Российской Федерации было подписано базовое соглашение о сотрудничестве в строительстве АЭС. Уже в начале следующего, 2019 года, стороны перешли к практической плоскости, заключив контракты на проведение масштабных инженерно-изыскательных работ. География поисков была обширной: специалисты изучали потенциал площадок вблизи озера Тудакуль в Бухарской области, рассматривали территории в Навоийской области, а также локации возле Айдаро-Арнасайской системы озер в Джизакском регионе.

Процесс отбора места для будущей станции занял полтора года. За это время эксперты провели глубокий анализ гидрометеорологических, геологических и сейсмических данных. Опираясь на строгие регламенты и рекомендации МАГАТЭ, в мае 2019 года специалисты определили приоритетную точку размещения объекта в Джизакской области, оставив другую площадку в качестве резервной. Комплексные изыскания на выбранных территориях продолжались вплоть до 2021 года, а в декабре того же года результаты легли в основу технического проекта.

Однако именно в этот период проект столкнулся с первым серьезным вызовом. Глобальная пандемия COVID-19 и последовавшие за ней жесткие карантинные меры в 2020-2021 годах парализовали международное сообщение.

«Узатом» совместно с российскими подрядчиками предпринимал все возможные меры, чтобы не замораживать деятельность на объекте, но полностью избежать последствий не удалось. Специфика атомного строительства требует присутствия узкопрофильных иностранных специалистов, а закрытие границ сделало их приезд практически невозможным. Это создало первый временной лаг в реализации плана.

Второй, не менее значимой причиной задержки, стал дипломатический и коммерческий аспект. После утверждения технической части наступил длительный этап согласования условий генерального контракта.

«Надо честно признать, что переговоры были непростые», - заявил Отабек Аманов, комментируя взаимодействие с корпорацией «Росатом».

Дискуссии, касающиеся финальных параметров сотрудничества, затянулись на несколько лет. Точка в этом вопросе была поставлена лишь в мае 2024 года, когда стороны подписали ключевое соглашение, предусматривающее сооружение атомной станции малой мощности. Именно этот документ дал зеленый свет для начала активной фазы работ.

Уже в апреле текущего года на утвержденной площадке в Джизакской области стартовала подготовка инфраструктуры: началось возведение вахтового городка для персонала и создание строительно-монтажной базы. Осенью проект перешел в стадию физической реализации - 9 октября строители приступили к выемке грунта под котлован для будущего реактора РИТМ-200Н. Это событие ознаменовало начало ключевого этапа сооружения станции.

Резюмируя текущее положение дел, Отабек Аманов подчеркнул, что совокупность факторов - от санитарных ограничений прошлых лет до сложности переговорного трека - привела к пересмотру дедлайна.

«Из-за пандемии COVID-19 и затянувшихся переговоров мы сместили план с 2028 на 2029 год. Мы постараемся реализовать наши планы», - заключил замглавы Дирекции.

Реакторы серии РИТМ-200Н, которые планируется установить на малой АЭС в Джизакской области, изначально разрабатывались для ледокольного флота. Их адаптация для наземного использования позволяет создавать станции, способные работать в автономном режиме без перегрузки топлива до 10 лет, что делает их уникальным решением для регионов с дефицитом водных ресурсов, характерным для Центральной Азии.