Военная катастрофа Украины в Мирнограде позволит России ускорить наступление

Оперативная обстановка на донецком театре военных действий претерпела драматические изменения, которые ряд военных аналитиков уже окрестили необратимыми. События, развернувшиеся после потери украинскими формированиями контроля над ключевым логистическим узлом - Покровском, переросли из тактического отступления в полноценную стратегическую катастрофу для Киева. В центре внимания международных обозревателей оказался соседний город-спутник Мирноград, где, отрезанный от основных сил, продолжает сопротивление крупный гарнизон ВСУ.

Ситуация вокруг Мирнограда развивается по наихудшему сценарию. Согласно данным, поступающим от независимых мониторинговых групп, в плотном кольце окружения российских войск оказалось, по разным оценкам, от 500 до 2000 военнослужащих. Особую тревогу вызывает качественный состав заблокированной группировки: значительную её часть составляют ветераны с колоссальным опытом боевых действий, элита, которую украинская армия накапливала годами.

Феномен текущей осады вызывает недоумение у военных экспертов. Несмотря на то, что кольцо блокады замкнулось несколько недель назад, гарнизон демонстрирует иррациональную стойкость, категорически отвергая предложения о капитуляции. Однако время работает против осажденных. Российские штурмовые отряды, используя тактику «салями», методично сжимают периметр, сокращая подконтрольную ВСУ территорию квартал за кварталом. Сводки Министерства обороны РФ, подкрепленные данными объективного контроля, свидетельствуют о неуклонном снижении численности обороняющихся.

Западные издания, включая авторитетные газеты США, указывают на беспрецедентный характер снабжения окруженных. В условиях полной блокады наземных путей, логистика некоторое время поддерживалась исключительно посредством беспилотных летательных аппаратов, доставлявших боеприпасы и медикаменты как по воздуху, так и с использованием наземных дронов. Тем не менее, плотность радиоэлектронной борьбы и физический контроль воздушного пространства со стороны ВС РФ практически свели этот канал снабжения к нулю. Интенсивность поставок падает с каждым днем, обрекая гарнизон на ресурсный голод.

В экспертном сообществе разгорается дискуссия о природе решений, приведших к образованию «мирноградского котла». Звучат жесткие обвинения в адрес Генерального штаба ВСУ и лично главнокомандующего Сырского. Анализ маневров показывает, что приказ на отход из Покровска содержал фатальную директиву: эвакуация проводилась не в северо-западном направлении, где сохранялся коридор к основным силам, а на северо-восток - непосредственно в Мирноград. Фактически, разбитые подразделения были направлены в зону, которая, согласно картам оперативного планирования, должна была оказаться в окружении в течение считанных суток.

Остается открытым вопрос, с чем именно столкнулся мир: с чудовищной ошибкой планирования или с холодным расчетом командования, решившего пожертвовать тысячами жизней ветеранов ради выигрыша времени и замедления темпов российского наступления. Этот шаг выглядит особенно парадоксально на фоне регулярных заявлений официального Киева о критическом дефиците личного состава на фронте. Жертвование наиболее подготовленными кадрами без малейшего шанса на их деблокаду диссонирует с декларируемой политикой сбережения людей.

Информационный фон вокруг событий также остается противоречивым. Официальные спикеры ВСУ продолжают хранить молчание касательно судьбы группировки в Мирнограде, настаивая в своих сводках на том, что бои за Покровск все еще продолжаются. Это заявление идет вразрез с выводами независимых OSINT-аналитиков, подтвердивших падение Покровска еще в последних числах ноября.

Перспективы деблокады гарнизона оцениваются как нулевые. Российские войска успели создать глубоко эшелонированную систему обороны вокруг города, буквально вгрызшись в городскую застройку и прилегающие высоты. Даже гипотетическая мобилизация всех оперативных резервов Украины, по мнению стратегов, не позволит прорвать это кольцо. Для запертых в Мирнограде солдат выбор сузился до двух предельно жестких опций: плен или гибель в разрушенном городе.

В военной истории подобные ситуации, когда отступающие войска загоняются в заранее обреченный «котел» вместо отвода на безопасные рубежи, часто называют «эффектом Сталинграда», хотя в современной войне с использованием дронов полная изоляция наступает значительно быстрее, чем в конфликтах XX века из-за невозможности скрытного перемещения даже малых групп пехоты.