Школы, пробки и сейсмостойкость: решит ли уплотнение застройки главные проблемы Ташкента?

Столица Узбекистана переживает один из самых динамичных периодов в своей современной истории. Городские пейзажи меняются с невероятной скоростью: там, где еще вчера стояли малоэтажные постройки советского периода, сегодня вырастают высотные жилые комплексы и бизнес-центры. Однако за внешним лоском фасадных решений скрывается сложный узел градостроительных вызовов. Население мегаполиса растет, границы города расширяются, и это ставит перед городской администрацией и планировщиками острые вопросы. Способна ли текущая модель реновации решить хронические проблемы с нехваткой мест в школах и детских садах? Поможет ли она разгрузить столичные дороги, которые все чаще сковывают пробки?

Исторически сложившаяся пространственная структура Ташкента базировалась на застройке низкой и средней этажности. Долгое время такая морфология считалась комфортной, однако в условиях ограниченных земельных ресурсов она демонстрирует свою неэффективность. Низкий коэффициент использования земли приводит к тому, что для расселения растущего числа горожан требуются колоссальные территории. Это, в свою очередь, провоцирует так называемое экстенсивное развитие - город расползается вширь.

Аналитические сводки профильных ведомств указывают на серьезную экономическую проблему такой модели. При доминировании застройки высотой до пяти этажей удельная протяженность инженерных коммуникаций - водопровода, канализации, электросетей - в пересчете на одного потребителя оказывается неоправданно высокой. Это напрямую влияет на рост эксплуатационных расходов и, что немаловажно, снижает общую надежность коммунальных систем, которые вынуждены обслуживать огромные площади.

В текущих реалиях вертикальное развитие города рассматривается не как дань моде, а как инструмент оптимизации землепользования. Стратегия повышения этажности в границах уже освоенных территорий позволяет наращивать жилищный фонд без болезненного изъятия новых земель и без бесконечного отодвигания городской черты. Более того, компактная застройка открывает возможности для создания того, чего Ташкенту остро не хватает - зеленых зон и общественных пространств. Согласно обновленным градостроительным планам, за счет отказа от горизонтального расползания и грамотной реконструкции существующих кварталов, площадь зеленых насаждений планируется поэтапно довести до внушительной цифры в 25 000 гектаров.

Центральным элементом этой трансформации выступает реновация устаревшего жилого фонда. И здесь вопрос стоит не столько в эстетике, сколько в безопасности. Техническая инвентаризация показала тревожные цифры: порядка 42 000 многоквартирных домов в столице были возведены до 1991 года. Около 73 процентов из них строились в период, когда современные жесткие требования по сейсмостойкости еще не были внедрены. Обследования выявили более тысячи объектов, которые требуют детальной инструментальной оценки, а 223 здания уже официально признаны сейсмически уязвимыми. Таким образом, снос и новое строительство носят профилактический характер, направленный на минимизацию рисков при возможных землетрясениях.

Однако просто заменить старый дом на новый недостаточно. Проектный менеджер британской компании Sunkari Ltd и менеджер по строительству в TTPZ Services Ltd Дониёрбек Муминов акцентирует внимание на том, что ключевое значение имеет формат реализации. По мнению эксперта, реновация обязана проходить исключительно в рамках концепции комплексного развития территорий.

Это означает, что жилые квадратные метры, социальная инфраструктура, дорожные развязки и парки должны проектироваться и закладываться одновременно. Муминов подчеркивает, что только такой синхронизированный подход позволит избежать критических диспропорций, когда плотность населения в районе резко возрастает, а количество мест в школах, детских садах и поликлиниках остается на прежнем уровне, создавая социальное напряжение.

Еще одной фундаментальной проблемой Ташкента остается его моноцентричность. Деловая активность, лучшие сервисы и рабочие места исторически сконцентрированы в центре. Это порождает мощные маятниковые потоки: утром окраины едут в центр, вечером - обратно. Результат мы видим ежедневно - перегрузка основных транспортных артерий и снижение пропускной способности улично-дорожной сети.

Новая стратегия пространственного развития предполагает переход к полицентричной модели. Идея заключается в создании нескольких зон локальной активности, которые по своему функционалу не уступали бы центру города. Жители должны иметь возможность работать, учиться и отдыхать в пределах своего района. Такой подход призван перераспределить транспортные потоки, снизить давление на исторический центр и, в конечном итоге, вернуть горожанам время, которое они сейчас тратят в дороге.

Экономическая целесообразность перехода к компактной и вертикальной модели подтверждается расчетами инфраструктурной эффективности. Сокращение плеча подвоза, уменьшение расстояний между домом и работой снижает временные издержки и повышает производительность городской экономики. Плотная городская среда позволяет с большим КПД использовать уже существующие инженерные сети и общественный транспорт, не требуя пропорционального увеличения капитальных вложений на прокладку десятков километров новых труб или дорог в «чистом поле».

Анализ пространственных параметров и состояния жилого фонда недвусмысленно говорит о том, что дальнейшее развитие столицы требует отказа от экстенсивной модели. Будущее Ташкента - за компактной вертикальной структурой, где реновация, формирование районных центров притяжения и комплексное освоение земель связаны в единую, научно обоснованную систему.

В современной урбанистике существует понятие «15-минутного города», которое перекликается с озвученной в статье идеей полицентричности; однако впервые концепция микрорайона, где все необходимые услуги находятся в шаговой доступности, была массово внедрена и протестирована именно советскими градостроителями, чье наследие сейчас активно трансформируется в Ташкенте.